Какова бы ни была вина обеих сторон в военной эскалации на Кавказе, приходится констатировать: впервые с момента войны СССР в Афганистане Москва официально начала кампанию воздушных бомбардировок суверенного государства. Российские военные операции в Грузии, по сути, открывают новый этап постсоветской истории.
Настал час российского реванша: Москва выбрала этот момент для перехода к радикальным методам, превентивной войне. Цель которой, похоже, – решительно положить конец расширению НАТО на восток и смыть все военные унижения 1990-х; эта задача стала одним из основных мотивов системы, созданной Владимиром Путиным.

Война в очагах сепаратистских Южной Осетии и Абхазии началась спустя шесть месяцев после провозглашения независимости провинции Косово, которое Москва, не в силах ему противостоять, непрестанно осуждала. Предупреждая при этом, что оно не останется без последствий, в частности, на Кавказе.

Этот конфликт начался спустя восемь месяцев после переизбрания прозападного грузинского президента Михаила Саакашвили, политическое восхождение которого всегда расценивалось Москвой как результат американского заговора в ее традиционной сфере влияния. В ответ Россия объявила экономическую блокаду Грузии.

Война разразилась спустя четыре месяца после саммита НАТО в Бухаресте, отмеченного разногласиями в рядах западных стран по поводу сближения Украины и Грузии с Североатлантическим альянсом. В Бухаресте по требованию Германии и Франции – выступивших против мнения США, – Украина и Грузия не были приняты в "план действий для вступления", обязательный этап для стран-претендентов. Однако возможность вступления остается открытой, к неудовольствию Москвы. В декабре НАТО должно снова собраться для рассмотрения этого вопроса. Военная эскалация в Грузии, несомненно, нанесет смертельный удар по "плану действий для вступления".

Россия взялась "закрепить" свои интересы в Черноморском регионе, стратегической зоне, имеющей к тому же высокую символическую ценность: ведь в Сочи в 2014 году пройдут первые российские Олимпийские игры. Мобилизация нескольких кораблей российского Черноморского флота, базирующегося в Севастополе на Украине, мимоходом напомнила, что Киеву, настаивающему на уходе этих военно-морских сил после истечения в 2017 году срока аренды базы в Крыму, будет не так-то просто этого добиться.

Этот кризис напрямую коснулся Европы. С момента вступления в 2007 году в ЕС Румынии и Болгарии границы Евросоюза проходят по Черному морю. Конфликты на восточных подступах к Европе, долгое время считавшиеся "замороженными", вновь разгорелись. Теперь есть опасность возникновения новой напряженности – вслед за Южной Осетией и Абхазией – в Приднестровье, русскоговорящем сепаратистском регионе Молдавии. Россия долгие годы отказывается вывести свои войска из этого анклава, где в 1992 году вспыхнул конфликт.

На всех этих "фронтах" Россия в последние месяцы демонстрирует бурную активность, практически не вызвавшую реакций на Западе. По мнению источников из ОБСЕ, такой ход событий представляется запланированным. Перспектива независимости Косово сыграла роль катализатора. Как и саммит НАТО в Бухаресте, где русские пристально следили за разногласиями между западными странами. Именно после саммита Москва вдруг принялась укреплять политические связи с грузинскими сепаратистскими регионами, где российские войска, с 1990-х годов отвечавшие за поддержание мира, принимают участие в конфликте.

Абхазия, начиная с весны, стала театром демонстрации силы российской армии. Она сначала сбила грузинские беспилотные самолеты, затем направила отряд парашютистов, а потом развернула здесь свои наземные войска. Одновременно в Южной Осетии учащались вооруженные столкновения.

Что касается Приднестровья, Россия активно пытается навязать сепаратистам и молдавским властям план урегулирования, увековечивающий российское военное присутствие в этой республике. Приоритетом России, утверждают в ОБСЕ, является обеспечение долгосрочного нейтралитета Молдавии и недопущение ее вступления в НАТО. Таким образом, вырисовывается "нейтрализованная" зона европейского пространства, проходящая через Калининград, Белоруссию, Молдавию до Кавказа. В 2007 году, когда на Западе шла подготовка к независимости Косово, Россия предупреждала, что она не допустит пересечения некоторых "красных черт". Речь шла о расширении НАТО, проекте американского противоракетного щита, договоре об обычных вооруженных силах в Европе.

Начиная с июня, новый российский президент Дмитрий Медведев предлагает заключить всеевропейское соглашение о безопасности, которое фактически поставит Россию на одну ступень с ЕС и НАТО в решении стратегических вопросов, касающихся будущего континента. По мнению Запада, этот проект, несмотря на некоторые теневые зоны, свидетельствовал о более примирительном и конструктивном тоне, чем речи Владимира Путина в тональности холодной войны. Но, подвергнув бомбардировке грузинские города, Москва вдруг вступила в полное противоречие с этим подходом.

В воскресенье 10 августа Вашингтон осудил "агрессию" России по отношению к суверенному государству и обвинил Москву в желании свергнуть власть в Грузии. ЕС говорил по-другому. Устами французского президента Евросоюз остерегся открыто называть виновного – похоже, чтобы сохранить за собой возможность выступить посредником и дать русским вывести войска, не потеряв лицо.

Однако, как и в случае с саммитом НАТО в Бухаресте, эти западные разногласия могут быть расценены Москвой как признак слабости или, по крайней мере, колебаний. Россия знает, что ей не грозит осуждение в ООН. Москва также знает, что в ближайшие недели будет востребовано ее сотрудничество в вопросе, касающемся безопасности всего мира, а не только Кавказа или Черного моря: это иранская ядерная программа. Будет ли Запад вынужден делать выбор?

Натали Нугайред

InoPressa.ru