В Шанхайскую организацию сотрудничества (ШОС) входят, как известно, Китай, Россия и все ключевые государства Центральной Азии. Очевидно, что Европейский союз (ЕС) и Североатлантический альянс должны работать с ней более тесно. Ведь ШОС объединяет почти половину населения земного шара, несколько членов организации владеют ядерным оружием, а многие являются крупными поставщиками энергоносителей и представляют собой самые быстрорастущие экономики мира. Однако мало кто в Западной и Центральной Европе слышал о ШОС и еще меньше там насчитывается людей, которые размышляли бы над тем, как Евросоюз и НАТО должна относиться к этой организации.

ДО СЕВЕРОАТЛАНТИЧЕСКОГО АЛЬЯНСА ДАЛЕКО

На мой взгляд, вместо того чтобы рассматривать ШОС как потенциальную угрозу для европейцев, имеются серьезные основания говорить о возможностях выгодного сотрудничества с Шанхайской организацией. Она, напомню, появилась после распада Советского Союза. В 1996 году пять бывших республик канувшего в Лету СССР вместе с Китаем организовали «Шанхайскую пятерку» (Узбекистан присоединился к ней в 2001 году), которая имела ограниченную цель – контроль над вооружением. Пять лет спустя все члены «Шанхайской пятерки» проголосовали за то, чтобы поднять организацию на более высокий уровень сотрудничества, и создали ШОС. Главной ее целью теперь стала борьба с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом.

Сегодня ШОС включает в себя Россию, Китай, Казахстан, Киргизию, Таджикистан и Узбекистан в качестве членов организации и Монголию, Иран, Пакистан и Индию – как наблюдателей. Россия и Китай остаются ведущими акторами организации. С момента основания ШОС проводимые в ее рамках военные учения становятся все более амбициозными – из двусторонних они превратились в полномасштабные, с участием всех членов. Участники ШОС также начали совместную борьбу с транзитом наркотиков и организованной преступностью. Три года назад страны ШОС договорились об условиях взаимной помощи в случае природных катастроф и других чрезвычайных ситуаций. Организация также поощряет культурное сотрудничество в сфере искусства (различные тематические выставки, фестивали народного танца и т.д.).

Вновь отмечу, что Шанхайская организация объединяет основных импортеров и экспортеров энергоносителей. До недавнего времени вопросы энергетики рассматривались только в двустороннем порядке, но в прошлом году ШОС учредила «энергетический клуб», который объединяет энергопроизводящие и энергопотребляющие государства, страны, через которые идет транзит, и частные энергокомпании, для того чтобы координировать энергетические стратегии и укреплять энергетическую безопасность. Шанхайская группа пропагандирует также свободную торговлю и имеет целью построение общей инфраструктуры, включающей в себя автомобильные и железные дороги, для того чтобы соединить страны – участницы организации и дать толчок развитию торговли, одновременно согласовывая таможенные системы и тарифы.

Эти достижения выглядят на бумаге гораздо более убедительно, чем в реальности. Организация все еще больше сфокусирована на национальных целях, чем на коллективных, потому что интересы членов ШОС крайне различны. Китай, например, ищет рынки сбыта продукции своей быстрорастущей экономики наряду с поиском энергетических ресурсов, в то время как цели России базируются на попытках Москвы возобновить лидерство на международной арене. Кремль хотел бы использовать ШОС, чтобы продвигать антизападные идеи, но другие участники организации во главе с Китаем и Казахстаном хотят расширения своей, и так значительной, кооперации с Западом.

Противоречивые цели участников Шанхайской организации ставят под сомнение то, что ШОС разовьется в восточную версию НАТО. Это факт, что страны – участницы организации уже проводили совместные военные учения и выразили желание перестроить ее в полноценную структуру безопасности. Движение, начавшееся как контроль над вооружением и борьба с терроризмом, со временем приобрело более широкое влияние в плане безопасности. Но ШОС недостает многих существенных элементов организации безопасности, имеющихся, например, в НАТО. У ШОС нет интегрированной военно-политической структуры и постоянной штаб-квартиры. «Шанхайцы» не обладают силами быстрого реагирования, а их организация не участвует в регулярных политических дискуссиях. Наконец, НАТО фокусируется на внешних и глобальных угрозах безопасности, в то время как ШОС, по контрасту, сконцентрирована на безопасности территорий государств – своих членов.

ВЗАИМОДЕЙСТВОВАТЬ МОЖНО И НУЖНО

Межправительственная, международная организация, которая больше всего напоминает ШОС, это скорее не НАТО, а Евросоюз. Как и ЕС, ШОС делает акцент на сотрудничестве в области экономики и безопасности и занимается большим спектром вопросов, связанных с торговлей и энергетикой. Теперь, когда ЕС заинтересовался проблемами международной безопасности, было бы разумным искать взаимодействия европейских институтов с Шанхайской организацией. Это не только помогло бы противостоять попыткам России использовать ШОС как инструмент антизападной политики, но также предотвратило бы превращение шанхайской группы в милитаризованное объединение.

Имеются и другие серьезные причины в пользу расширения такого сотрудничества. Европа нуждается в поставках энергоносителей из Центральной Азии, а той, в свою очередь, необходимы европейские технологии, инвестиции и т.д. Другой сферой взаимных интересов могло бы стать сотрудничество по проблеме обеспечения безопасности в Афганистане. В настоящее время ЕС предлагает финансовую поддержку правительству этой страны, помогает обучать афганскую полицию и формировать правовые структуры государства. ШОС также установила контакт с Афганистаном. И ЕС, и ШОС хотели бы сделать больше, и они могли бы достичь большего, работая в этом кризисном регионе вместе. У Евросоюза есть деньги, а ШОС имеет обученный персонал и прямые контакты с Кабулом (почти все члены организации граничат с Афганистаном).

ЕС до недавнего времени воздерживался от развития структур для активизации сотрудничества с ШОС. Ситуация стала меняться в октябре 2007 года, когда Евросоюз заявил, что в своей стратегии в Центральной Азии он готов установить регулярные контакты с региональными организациями, подобными Шанхайской группировке. В феврале этого года Европейский совет продлил мандат специального представителя ЕС в Центральной Азии, чтобы расширить необходимые контакты и формы сотрудничества со всеми заинтересованными региональными и международными организациями, включая ШОС.

Сотрудничество ШОС с НАТО также выглядит стратегически разумным. Учитывая растущее значение Китая как в военной, так и в экономической сферах, расширяющиеся торговые и энергетические связи между Центральной Азией и Западом и вполне обоснованное предположение, что безопасность в регионе Центральной Азии будет иметь большое значение для безопасности Запада, сотрудничество в треугольнике ШОС, ЕС и НАТО выглядит все более неизбежным. И особенно в случае угроз общей безопасности, с которыми встречаются как НАТО, так и ШОС – это «Аль-Каида» и спонсируемые талибами терроризм и наркотрафик.

Кажется, пришло время для обеих сторон форсировать установление более тесных контактов, но до сих пор и НАТО, и ШОС колеблются в этом вопросе. Трудно утверждать с уверенностью, имеет ли Североатлантический альянс вообще какое-либо мнение о Шанхайской организации, в лучшем случае Брюссель не рассматривает ее ни как существующую, ни как гипотетическую угрозу. Так, доктор Джимми Ши, директор управления политического планирования в офисе генерального секретаря НАТО, отметил, что не имеет прямых контактов с Шанхайской группой, а лишь двусторонние контакты с отдельными странами – участницами ШОС. Он также заявил, что до сих пор ШОС не выразила желания вступить в открытый диалог с НАТО, хотя ничто не препятствует и Североатлантическому альянсу предпринять шаги в этом направлении.

Обращение к ШОС могло бы поддержать осуществление заявленных задач НАТО. После 11 сентября 2001 года альянс пришел к выводу, что с угрозами надо бороться в общемировом масштабе (это объясняет присутствие НАТО в Афганистане). Как часть своей глобальной стратегии Брюссель укрепил повсеместно свои отношения с партнерами альянса, включая Юго-Восточную Азию, которая является зоной ответственности ШОС. Вполне возможно, что «шанхайцы», прежде всего Россия и Китай как ведущие страны организации, рассматривают возросшее присутствие НАТО в азиатском регионе с некоторым недоверием. До тех пор пока Брюссель не решится вступить в диалог с ШОС, такое настороженное отношение будет сохраняться и может даже усилиться. Возможно, следует подумать об учреждении Совета НАТО–Китай на тех же условиях, что и Совет НАТО–Россия и создать условия для расширения сотрудничества альянса с ШОС в целом.

Возможное сотрудничество не устранит главные различия между членами ШОС и Западом в вопросах демократизации и прав человека. Обеим сторонам придется учитывать гораздо больше факторов, чем развитие общей политики. Кроме этого, взаимодействие европейских структур и «шанхайцев» должно включать в себя практическое осуществление взаимовыгодных, маломасштабных специальных проектов. НАТО и ШОС могли бы работать вместе по вопросу нейтрализации противопехотных мин в Афганистане, возможны также другие виды взаимного сотрудничества, такие как обучение служащих афганской полиции и проведение антинаркотических операций в регионе.

Если сотрудничество в плане безопасности будет успешным, то очевидно, что политически острые вопросы должны остаться в стороне. Таков практический подход, который будет отвечать интересам ЕС, НАТО и ШОС и в не меньшей степени Афганистана. На саммите Шанхайской организации в августе 2008 года в Душанбе президент Киргизии Курманбек Бакиев предложил расширить сотрудничество с европейскими структурами, включая ЕС. Это первое упоминание о такого рода шаге могло бы стать отправной точкой для дальнейшего плодотворного взаимодействия.

Доктор Марсель де Хаас - подполковник Королевской армии Нидерландов, исследователь проблем российской политики и конфликтов Клингендейл-института. Перевод Марии Платоновой

НГ-НВО